Дело «Навальный против России» (NAVALNYY v. RUSSIA) Постановление Большой Палаты от 15 ноября 2018 г.


В деле шла речь о различных эпизодах задержания заявителя с 2012 по 2014 годы в связи с проведением уличных акций протеста. Жалобы по этому поводу были рассмотрены ЕСПЧ ранее, и он (на уровне Палаты) установил нарушение ст. 5, 6 и 11 Конвенции.
Большая Палата согласилась с выводами нижестоящей инстанции Европейского суда. Также она указала на недостаточную ясность и непредсказуемость применения российского права, поскольку в нем нет критериев разграничения неформальной встречи людей и массового мероприятия, которое требует предварительного уведомления. Поэтому ссылаясь на несоблюдение уведомительного порядка, полиция может прекратить любое публичное действие. Даже то, которое не создает проблем. Благодаря этому заявитель был наказан, например, за то, что группа активистов решила проводить его после демонстрации, или что перед зданием суда его окружили люди, которых не пустили внутрь. В таких случаях вмешательство государства не преследует законной цели.
По мнению Большой Палаты, нарушение прав заявителя свидетельствует о нежелании властей проявлять терпимость в отношении несанкционированных, но мирных собраний. Иначе говоря, это устойчивое нарушение статьи 11 Конвенции. Следствием такой позиции властей, как раз, и является принятие вышеуказанного «дефектного» законодательства. Широкое толкование «массового мероприятия» и нетерпимость властей ставят вопрос о том, являются ли существующие в России средства правовой защиты эффективными. Страсбург признал, что нарушение прав заявителя должно было нанести удар по готовности граждан участвовать в оппозиционной политике.
Постановление Большой Палаты представляет наибольший интерес тем, что оно впервые установило нарушение ст. 18 Конвенции в отношении заявителя. Последний утверждал, что вмешательство в его права преследовало далеко не ту цель, которая провозглашалась официально: на самом деле власти хотели прекратить его политическую активность.
Суд отметил, что заявитель был арестован 7 раз «как по шаблону» за малый промежуток времени; аресты происходили на фоне реализации заявителем права на свободу мирных собраний; предлоги для ареста становились от раза к разу менее правдоподобными, а угроза беспорядков, наоборот, уменьшалась; в делах «Кировлеса» и «Ив Роше» было установлено, что заявителя привлекли к уголовной ответственности произвольно, и при этом мотив о политическом преследовании уже поднимался; на фоне рассматриваемых событий произошло ужесточение ответственности за нарушения в области массовых мероприятий, и это широко обсуждалось международным сообществом.
Страсбург заключил, что нарушение статьи 18 Конвенции имело место: власти преследовали цель подавления политического плюрализма, а значит, и эффективной демократии. На основании статьи 46 Конвенции властям Российской Федерации предписано принять необходимые меры общего характера, чтобы исправить структурный дефект отечественной правовой системы. Заявителю присуждена компенсация морального вреда в размере 50 000 Евро, а также материальный ущерб и издержки.

Статьи на юридическую тематикуЗащита прав человека: теория и практика