Дело «Илгиз Халиков против России» (ILGIZ KHALIKOV v. RUSSIA) Постановление от 15 января 2019 г.


9 задержанных лиц, включая заявителя, подлежали перевозке из отдела полиции в СИЗО. Для этого была выделена «Газель». Она была рассчитана только на 7 человек. Но конвой решил везти всех сразу, чтобы сэкономить бензин. Заявитель – бывший сотрудник правоохранительных органов, и по правилам его должны были отделить от других задержанных. Но индивидуальной камеры на него не хватило, и он поехал на сиденье позади офицеров. По дороге другие задержанные попытались сбежать, набросились на конвой, завладели частью оружия, началась перестрелка, в которой заявитель был серьезно ранен. В дальнейшем он требовал привлечь конвойных к уголовной ответственности за халатность. Но безуспешно. Тогда он обратился в Страсбург с жалобой по ст. 3 Конвенции. Утверждал, что по вине офицеров его здоровью был причинен вред, и что государство отказалось расследовать данную ситуацию.
ЕСПЧ напомнил, что статья 3 Конвенции налагает на власти позитивные обязательства. Они должны защищать физическую неприкосновенность задержанных граждан и надлежаще реагировать на возникающие для них угрозы. Процессуальный аспект этой статьи подразумевает, что государство обязано провести эффективное расследование по обоснованной жалобе потерпевшего. Это правило действует при причинении вреда как государственными агентами, так и частными лицами, находящимися под публичным контролем.
Несмотря на просьбу заявителя, правоохранительные органы не возбудили уголовное дело, а ограничились доследственной проверкой. Европейский Суд напомнил, что в подобных обстоятельствах государство обязано возбудить уголовное дело и начать расследование. А доследственная проверка ipso facto не отвечает критериям эффективного расследования. Экспертиза, проведенная с опозданием в несколько месяцев, была не способна установить оружие, из которого произведен выстрел, и лицо, нажавшее на курок. На протяжении 2-х лет никто не пытался установить тяжесть вреда, причиненного заявителю. А когда попытались, выяснилось, что медицинские записи утеряны. Таким образом, процессуальный аспект статьи 3 был нарушен.
ЕСПЧ не увидел признаков того, что кто-либо специально стрелял в заявителя. Но в незащищенной части тюремного фургона он оказался не случайно. Вед сами конвоиры решили перевезти за 1 раз больше людей, чем положено. Поэтому заявителю не досталось отдельной камеры, и он был вынужден ехать с охраной (ставшей мишенью беглецов). Офицеры не приняли во внимание риски, неизбежно возникающие при переполненности транспортного средства, и нарушили правила, установленные для защиты перевозимых лиц. Поэтому материальный аспект ст. 3 Конвенции также был нарушен.

Статьи на юридическую тематикуЗащита прав человека: теория и практика