Дело «Рубцов и Балаян против России» (RUBTSOV AND BALAYAN v. RUSSIA) Постановление от 10 апреля 2018 г.


Первый заявитель обвинялся в мошенничестве при продаже акций компанией, в которой он был мажоритарным акционером. Второму заявителю вменялось мошенничество при покупке векселей, выпущенных его банком. Национальные суды посчитали, что указанные деяния совершены за рамками предпринимательской деятельности, и поместили обоих заявителей под стражу. Заявители пожаловались в Страсбург на незаконное избрание меры пресечения. По их словам, инкриминируемые действия явно вытекали из предпринимательской деятельности, а потому в силу ч. 1.1 ст. 108 УПК РФ они не могли быть помещены под стражу.
Анализируя судебные постановления, ЕСПЧ заметил, что судьи не выделили существенные признаки предпринимательской деятельности согласно ст. 2 ГК РФ и не соотнесли их с фактическими обстоятельствами. Они лишь голословно утверждали, что деяния совершены не в области коммерческой деятельности. И никак это не мотивировали. При этом Страсбург пояснил, что именно государственный суд находится в лучшем положении для толкования законодательства и оценки фактов. И не исключено, что у судей были причины полагать, что преступления действительно не относятся к сфере бизнеса. Но такие причины они были обязаны отразить в своих решениях. Чего сделано не было. Отсутствие надлежащей мотивировки в постановлении об избрании меры пресечения может свидетельствовать о судейском произволе.
Не зная причин, по которым судьи отказались применять ч. 1.1 ст. 108 УПК РФ, заявители не могли эффективно обжаловать их постановления. В результате вопрос о применимости этой нормы так и остался без должного внимания на внутригосударственном уровне.
Вывод: нарушение статьи 5 § 3 Конвенции имело место.

Статьи на юридическую тематикуЗащита прав человека: теория и практика